Н. И. Фалеев Цели военного наказании Диссертация - страница 47

^ § 60. Военно-тюремные работы.
Значение и виды тюремных работ. Тюремные работы могут быть рассматриваемы с точки зрения фискальной, карательной и исправительной. Первая из них в современных государствах мало-помалу исчезает, зато выдвигается значение двух остальных.

Работа, как одно из средств устрашительного воздействия, имеет целью сделать из тюрьмы страдание, лишение, зло. Ради этого карательная власть учреждает особую систему работ, безотносительно к их характеру: выбирает работы наиболее тяжкие, мучительные для человека и в то же время неприятные6.

Так в Риме военнослужащие были принуждаемы cespitem рогtare и т.п. В этих наказаниях еще замечается смешение фискальных и карательных начал, хотя виновные и исполняют обычную военную работу — возведение окопов, ношение дерна, рытье канав и т.п. Таким образом, по характеру работы оставались военными, но вместе с тем были самыми тяжелыми и неприятными.

Впоследствии государство уже отказывается от фискальных целей и выдвигает цели чисто карательные: появляются галеры, boulet, каторга.

Наконец, государство приходит к убеждению в необходимости и полезности тюремной работы для заключенных бродяг, попрошаек и т.п.; впоследствии к работам привлекаются вообще заключенные, чтобы дать им возможность, посредством приучения к производительному труду, вступать по выходе из тюрьмы в класс честных работников.

Однако вопрос о необходимости и характере работ в военно-тюремных учреждениях остается пока еще открытым. В литературе имеется небольшое сочинение по военному тюрьмоведению Vidal’я, который устанавливает положение7, что, если в общегражданских тюрьмах труд полезен, то в военных — необходим, и именно такой труд, который соответствует целям сохранения и увеличения физических сил заключенных, чтобы, выходя из тюрьмы, они снова могли встать под знамена.

Нам кажется, что вопрос этот гораздо сложнее и не может быть разрешен без теоретических оснований, чего не делает указанный автор.

Труд, как карательный придаток лишения свободы, имеет право на существование в военных тюрьмах, но с длинным рядом оговорок. Если военнослужащему, после отбытия наказания, не придется вернуться на службу, если вместе с заключением он присуждается к исключению из военного ведомства и службы — вопрос о необходимости принудительных работ всецело передается в руки общего тюрьмоведения, так как судьба заключенного и его способность к службе уже не интересует более армию. Другое дело, если во время заключения и после него виновный продолжает оставаться военнослужащим.

Работа военнослужащего в армии сводится к двум видам: строевому труду и труду хозяйственному. Первый — неотъемлемая необходимость военного дела, второе — явление допустимое. Если военнослужащий несет наказание — в интересах государства и армии необходимо, чтобы он продолжал заниматься строевым трудом; ради этой цели, все военно-тюремные заведения краткосрочны или построены по системе совместного заключения с естественной классификацией заключенных по строевому уставу; таким образом, они стремятся или оторвать военнослужащего на самый короткий срок, или и в заключении занимать его по-прежнему строевой работой.

Чтобы достигнуть карательного значения, строевой труд должен отличаться большей интенсивностью, в сравнении с трудами в армии, т.е. занятия должны продолжаться больше времени, чем в строю, по характеру быть труднее и т. п.

С точки зрения исправительного воздействия, гражданская тюрьма имеет целью приучить заключенного к труду, выпустить его в общество с большими силами для борьбы с преступностью, отучить его от безделья1. Что касается тюрьмы военной, цель которой — приучить виновного к требованиям военной службы, сделать его более способным приводить в соответствие свои побуждения с требованиями воинского правопорядка, то единственно целесообразным представляется организовать тюрьму именно так, чтобы посредством труда, с одной стороны, и других мер тюремной деятельности — с другой, развить в заключенном способность приспособляться к условностям военной службы. А для достижения этого, как кажется, требуется тот же строевой труд, та же строевая служба и обстановка, усиленная, в виду достижения тех же целей, и лишенная преимуществ, которыми пользуются неопороченные военнослужащие. В самом деле, как бы ни был производителен труд в тюрьме, он не может конкурировать с трудом военным, и положение, что занятия земледелием, сапожным или другими мастерствами не воспитают военнослужащего к восприятию обязанности подчинения правопорядку, а, следовательно, и не будут содействовать правоохране, — не нуждается в доказательствах.

Итак, с точки зрения карательной и исправительной, военная тюрьма должна занимать своих сидельцев единственно полезным для них строевым трудом.

Что касается применения военной тюрьмы в случаях совершения военнослужащим общих проступков, то и здесь вполне возможен тот же строевой труд, применяемый к заключенному в целях карательного свойства; к тому же, совершая общее преступление, военнослужащий не перестает быть таковым, почему представляется целесообразным по выходе его из тюрьмы, дать ему способность подчиняться требованиям закона. Это положение получает законодательную регламентацию во французском декрете 26 февраля 1900 г, который, разделяя заключенных на две группы: осужденных за воинское и общее деяние1, устанавливает для каждой из них совершенно особый карательный режим2.

Однако, выдвигая значение строевых работ, мы вовсе не ограничиваем тем самым круг военно-тюремного труда.

С точки зрения экономии государства необходимо, чтобы заключенные подвергались хозяйственным работам по тюрьме, но эти работы имеют только экономическое значение и в задачи карательной деятельности не входят.

Иначе стоит вопрос о всяких других работах мастерских, земледельческих и т.п., все значение которых исчерпывается карательным содержанием и фискальными целями.

Таким образом, в военно-пенитенциарных заведениям может быть установлен обязательный строевой труд в целях чисто исправительных, труд хозяйственный — в целях экономических и всякий другой труд — в целях карательных.

Что касается вопроса о приискании тюремной работы, то речь может идти исключительно о работах карательного значения. Эти последние доставляются или хозяйственной системой, путем получения заказов от военного же ведомства, которое при этом достигает и экономических целей, или путем подрядов (как, например, у нас и во Франции начальнику тюрьмы разрешается принимать и частные работы3, однако, наш закон, расширив понятие хозяйственных работ и допустив возможность принятия заказов от частных лиц, вместе с тем из экономического или даже карательного труда, сделал труд чисто фискального свойства; конечно, это не может быть оправдываемо целесообразностью наказания, так как сама цель лежит вне устрашения или извлечения из преступника выгод).

Продолжительность военно-тюремной работы определяется различно, но, имея в виду, что тюрьма должна прочить заключенного к требованиям службы, она должна как можно чаще предъявлять эти требования и гарантировать их исполнение; посредством этого можно достигнуть целей исправления.

Однако, вследствие того, что сумма благ должна быть менее для заключенного, нежели для свободного военнослужащего, время работы в тюрьме по необходимости является более продолжительным; в этом заключается невыгодное для виновного последствие, которое является для него лишением или страданием, без которого немыслимо наказание.

Что касается вознаграждения за военно-тюремный труд, то исполнявшие работу (не строевую) вознаграждаются в размере той или другой части платы, при чем плата может быть выдана им не ранее выбытия из заключения, дабы не создавать тем различия в положении работавших и неработавших.

Так как строевой труд является вместе с тем и одним из средств тюремного воспитания, то вопрос о нем должен занять место при рассмотрении мер, направленных к исправлению виновного. В этом-то именно и заключается колоритная особенность военно-тюремного строевого труда.

Строевые занятия заключенных могут производиться в том же объеме, как и в частях войск, или по измененной программе.


Современные государства или устраивают из военно-тюремных учреждений, в сущности, те же строевые части, с тою же программою и продолжительностью занятий, как, например, в африканских батальонах пехоты, или рекомендуют различные учебные занятия, в зависимости от поведения заключенного и степени его безопасности, или, наконец, сокращают строевые работы до minimum'a, заставляя заключенных упражняться только такими строевыми приемами, которые не требуют ни особых средств, ни орудия.

В зависимости от поведения заключенного и степени его безопасности, в военно-пенитенциарных заведениях устанавливается разделение строевых работ по их содержанию: общие для всех заключенных и особые — для исправляющихся.

К первому роду относятся: гимнастические упражнения, маршировка, имеющиеся исключительно в виду цели гигиены, а также и некоторые из строевых упражнений; ко второму роду принадлежат занятия с ружьем и строем вообще.

^ Законодательство о военно-тюремных работах. Вопрос о необходимости и свойствах военно-тюремных работ разрешается законодательством неодинаково.

Так, наши дисциплинарные батальоны знают только строевой и хозяйственный труд, который охватывает собою и ремонтное исправление зданий и всевозможный постройки белья, одежды и т. п. Состояние в разряд исправляющихся занимаются одиночным, шереножным, взводным и ротным ученьем, одиночною стрельбою и рассыпным строем; однако, полное снаряжение имеется по штатному числу заключенных. Продолжительность работ в дисциплинарных частях производится согласно существующих в войсках правил.

В наших одиночных военных тюрьмах обязательны: гимнастика, маршировка и хозяйственные работы; мастеровые работы производятся в свободное время и состоят в шитье сапог, белья, платья и т. п. Труд хозяйственный производится вне камер, мастеровые работы—в камерах. Закон требует, чтобы работы по своему характеру были удобны, безвредны и могли быть производимы без большого числа инструментов1.

Заключенные в крепости не подлежат обязательным работам и занимаются ими по желанию2.

Арестованные могут быть привлекаемы к несению только строевых обязанностей. Это правило относится к лицам, подвергнутым домашнему и простому арестам3.

Точно также и во Франции в военно-пенитенциарных заведениях предписывается производить такие работы, которые не причиняют вреда здоровью осужденных, и не угрожают опасностью для здания и порядка в тюрьме4.

Административный совет заведения, по соглашению с предпринимателем, составляет проект работ (смету), который представляется на рассмотрение в военное интендантство5, для утверждения затем военным министром или генералами, командующими дивизиями в Африке6.

Наблюдение за работами возлагается на surveillants, которые не выпускают заключенных из мастерских, не позволяют входить туда заключенным из других мастерских, следят, чтобы рабочие не выносили предметов и инструментов7.

В каждой мастерской предприниматель (entrepreneur) может предложить начальству тюрьмы назначить одного из заключенных, отличающегося знанием и прилежанием к работе на должность chef d'atelier8.

Entrepreneur обязан в течение пяти дней внести плату за произведенные работы в казначейство. Вознаграждение заключенным не выдается, но по выходе из тюрьмы им уплачивается 15% заработанного в зависимости от количества труда, работоспособности и «leur bonne volonte»9.

В одних военно-пенитенциарных заведениях установлена эта система подрядов, в других — поставки в казну1.

Определение свойства и характера военно-тюремных работ может быть передано на усмотрение властей; эти работы производятся в интересах различных частей военного министерства, или других министерств, или даже общин2.

Производство работ, за исключением офицеров, унтер-офицеров и чиновников военного ведомства, возлагается обязательно на всех нижних чинов3, при чем подследственные, обвиняемые и наказанные дисциплинарно вовсе освобождаются от работ4 и могут заниматься ими только по желанию.

Число рабочих часов в военно-пенитенциарных заведениях изменяется: в январе, феврале, ноябре и декабре утром от 8—11 ч., днем от 12 до 3 и вечером от З1/4—71/4, в марте и октябре от 7—11,121/2—3, З1/4—63/4, в остальное время года от 6—11, 1—З и З1/4 — 61/2 час.5

В пяти батальонах легкой африканской пехоты нижние чины6 живут в обыкновенной казарменной обстановке и исполняют хозяйственные и строевые работы7.

Что касается состоящих в дисциплинарных ротах, то люди стрелковых рот занимаются военными упражнениями в полной почти мере; тонеры, наоборот, производят главным образом фортификационные работы и только отчасти занимаются строевыми упражнениями8.

Из вышеизложенного видно, что во Франции строевому труду отведено очень незначительное место9.

В Германии заключенные военнослужащие могут подлежать как внутренним, так и внешним работам10. Первые производятся в интересах экономии частей войск, учреждений и заведений11 - и состоят в изготовлении одежды, снаряжения и т. п. Внешние работы должны отвечать «Ehrgefuhl» заключенных; они производятся на артиллерийских складах, в укреплениях12 и т. п.

Продолжительность работ определяется инспектором; она не может превышать летом 11-ти и зимой 9 часов, включая сюда и время, потребное на производство строевых упражнений13.

Унтер-офицеры, равно как и заключенные в одиночных камерах, могут быть обязываемы производством работ только в пределах тюремной ограды14.

Вознаграждение за труд начинается для заключенного только по истечении двух месяцев со дня начала срока наказания и колеблется в пределах от 1 до 10 пфеннигов15.

В Бельгии заключенные в исправительных и дисциплинарных роты занимаются трудом — строевыми1 и хозяйственными упражнениями, по меньшей мере, 12 часов в день. Первый из них по своему содержанию соответствует занятиям в пехотных частях войск2. Correctionnaires и disciplinaires, обязанные принудительными работами нестроевого характера, не принимают участия в строевых занятиях, за исключением понедельника. Correctionnaires класса награжденные участвуют ежедневно только в одном каком-либо упражнении3. Disciplinaires в течение по меньшей мере первых трех, а рецидивисты—четырех месяцев обучаются первоначальным военным упражнениям4.

Нестроевые (хозяйственные и др.) работы возлагаются на disciplinaires через три месяца после их вступления в роту и на correctionnaires из класса награжденных. Эти работы могут быть внешними и внутренними; из числа последних особым значением пользуются т. н. emplois de faveur: должности лазаретной прислуги, цирюльников, поваров и т. п5. Класс испытуемых на работы может быть назначен только по исключению6.

К работам, по общему правилу, нижние чины назначаются только по представлению командира роты, утвержденному командиром исправительного корпуса7.

3634967187498487.html
3635179642412288.html
3635234096158371.html
3635419593442899.html
3635482683286277.html