назад а. Толкование понятия - Ассоциация юридический центр судебная практика

назад


а. Толкование понятия


297. Общее толкование понятия «обвинения». «Однако с учетом важного места, которое занимает в демократическом обще­стве право человека на справедливое судебное разбирательство (...) Суд должен склоняться к выбору в пользу "содержательного", а не "формального" толкования понятия "обвинения", предусмотренного п. 1 статьи 6. Суд обязан заглянуть за внешнюю сторону дела и ис­следовать реалии порядка применения санкций, который был ис­пользован в деле заявителя» (Deweer, 44; см. также Adolf, 30).

298. Значение судебных постановлений по уголовным делам. «Судебные постановления всегда затрагивают лиц. По уголовным делам, особенно, подсудимые и обвиняемые не исчезают со сцены, когда судебный приговор обжалуется по существу» (Delcourt, 25).

299. Преступление и наложение наказания Статья 6 не про­водит различия между уголовно ненаказуемыми деяниями и другими преступлениями: «она действует в отношении любого лица, обви­няемого в совершении какого-либо преступления» (Adolf, 33).

300. Обоснованность обвинения. «Понятие "обоснованности", фигурирующее во французском тексте статьи 6, имеет в виду не только фактическую обоснованность обвинения, но и правовую» (Delcourt, 25; Deweer, 48).

301. Решение об обоснованности обвинения. «Уголовное об­винение не считается на самом деле "предъявленным" (determined) [ссылка на английский текст статьи 6] настолько давно, что оправда­тельный или обвинительных приговор не является окончательным» (Delcourt, 25).

302. Значение понятия «обвинения». «"Уголовное обвине­ние", "обвиняемый в совершении уголовного преступления" и "Об­виняемый" - термины, использованные в трех пунктах статьи 6, которые говорят об одной и той же ситуации» (Lutz, 52).

303. Автономность понятия «обвинения». «Понятие (...)"обвинение по уголовному делу" имеет, однако, "автономный" характер; его следует толковать "в значении, придаваемом ему Кон­венцией" (...), в особенности с учетом того, что в английском тексте п. 1 статьи 6, также как и п. 2 статьи 5, используется термин "charge (обвинение)", который обладает более широким значением» (Deweer, 42; Adolf, 30).

304. Автономность понятия «уголовного дела». «Конвенция, без всякого сомнения, позволяет Государствам при выполнении ими функций блюстителей общественных интересов сохранять или уста­навливать разграничение между уголовным и дисциплинарным пра­вом, а также проводить между ними разграничение, но только с уче­том определенных условий. Конвенция предоставляет Государствам свободу определять как уголовное преступление какое-либо дейст­вие или бездействие, отклоняющееся от нормального осуществления одного из прав, которые она защищает. Это особенно ясно следует из статьи 7. Такой выбор, который является следствием прочтения статей 6-7, в принципе не подпадает под контроль Суда.

Противоположный выбор ограничен более строгими правилами. Если бы Договаривающиеся Государства могли по своему усмотре­нию квалифицировать правонарушение как дисциплинарное вместо уголовного или преследовать исполнителя "смешанного" правона­рушения на дисциплинарном, а не на уголовном уровне, действие основных положений статей 6 и 7 было бы подчинено их суверенной воле. Такое расширение полномочий могло бы привести к результа­там, несовместимым с целями и задачами Конвенции. Поэтому Суд в соответствии со статьей 6 и даже без ссылки на статьи 17 и 18 вправе убедиться в том, что дисциплинарное никоим образом не за­меняет уголовное» (Engel et al, 81; см. также Ozttirk, 47; Campbell et Fell, 68).

305. Автономность понятия «уголовного обвинения». «Хотя Государства, бесспорно, имеют право на установление в их внут­ренней правовой системе разграничения между преступлениями и дисциплинарными проступками, из этого не следует, что принятая ими квалификация распространяется и на Конвенцию. С точки зрения статьи 6 понятие "уголовного обвинения" имеет автономное значение, и Суд должен удостовериться в том, что такое разграничение не про­тиворечит объекту и цели этого документа» (Demicoli, 31).

306. Наказание и уголовное обвинение. «Суд повторяет, что понятие "наказания", содержащееся в статье 7 Конвенции, как и по­нятие "уголовного обвинения", фигурирующее в п. 1 статьи 6 Кон­венции, имеет автономное значение. При рассмотрении дела Суд не связан квалификациями, даваемыми внутренним правом, так как последние имеют только относительную ценность» (Malige, 34; см. также Meftah et al, 40).

307. Определение понятия «обвинения». «"Обвинение" можно было бы для целей п. 1 статьи 6 определить как официальное уве­домление лица компетентным органом государственной власти о наличии предположения о том, что этим лицом совершено уголовно наказуемое деяние» (Deweer, 46).

308. Понятие уголовного обвинения. «Это понятие имеет "ав­тономный" характер; оно должно пониматься в смысле Конвенции, а не только в контексте внутреннего права. Таким образом, оно может быть определено "как официальное уведомление лица компетент­ным органом государственной власти о наличии предположения о том, что этим лицом совершено уголовно наказуемое правонаруше­ние", идея, которая также соответствует понятию "важные послед­ствия для положения" подозреваемого» (Serves, 42).

309. Уголовное обвинение. Понятие. «Это понятие имеет "ав­тономный" характер; оно должно пониматься в смысле Конвенции, а не только в соответствии с его значением во внутреннем праве. Об­винение может быть определено "как официальное уведомление ли­ца компетентным органом государственной власти о наличии пред­положения о том, что этим лицом совершено уголовно наказуемое правонарушение", идея, которая также соответствует понятию "важные последствия для положения" подозреваемого. Кроме того, (...) слова "принять решение об обоснованности предъявления уго­ловного обвинения", фигурирующие в п. 1 статьи 6, не означают, что эта статья безразлична к досудебным стадиям» (Tejedor Garcia, 27).

310. «Уголовный» характер правонарушения. «Общего харак­тера нормы и цели санкции, одновременно превентивной и кара­тельной, достаточно для установления, с точки зрения статьи 6 Кон­венции, уголовного характера правонарушения (...)» (Ozttirk, 53).

311. «Уголовный» характер правонарушения. «Для того что­бы статья 6 применялась, достаточно чтобы рассматриваемое нару­шение было с точки зрения Конвенции "уголовным" по своей при­роде или подвергало заинтересованное лицо риску понести наказание, которое по своему характеру и степени тяжести могло быть приравнено к "уголовному"» (Lutz, 55).

312. Понятие «обвинения»: альтернативные критерии. «Для того чтобы определить уголовный характер правонарушения в смысле Конвенции, важно сначала выяснить, относится ли закон, определяющий последнее, к области уголовного права по правовой системе Государства-ответчика; затем нужно исследовать "саму природу правонарушения" и степень тяжести налагаемой санкции» (Schmautzer, 27; Umlauft, 30; Gradinger, 35; Prams taller, 32; Palaoro, 34; Pfarrmeier, 31).

313. Понятие уголовного обвинения. Альтернативные кри­терии. «Суд снова указывает на автономность понятия "уголовного обвинения", как оно понимается в статье 6. В своей практике он ус­тановил, что нужно учитывать три критерия при решении вопроса о том, является ли лицо "обвиняемым в совершении преступления" в смысле статьи 6: сначала квалификацию преступления с точки зре­ния внутреннего права, затем характер преступления и, наконец, ха­рактер и степень тяжести санкции, которой может подвергнуться заинтересованное лицо» (А. Р., М.Р. и Т.Р. с. Suisse, 39; E.L., R.L. и J.O.-L. с. Suisse, 44).

314. Уголовное обвинение. Уголовный характер правонару­шения. «Суд сразу напоминает, что для того чтобы определить "уголовный" характер правонарушения в смысле Конвенции, важно сначала выяснить, относится ли закон, определяющий последнее, к области уголовного права по правовой системе Государства-ответчика; затем нужно исследовать, принимая во внимание объект и цель статьи 6, обычное значение ее понятий и право Договари­вающихся Государств, природу правонарушения, а также характер и степень тяжести санкции, которой может подвергнуться заинтересо­ванное лицо» (Lauko, 56; тот же принцип, Kadubec, 50).

315. Уголовное обвинение. Уголовный характер правонару­шения. Критерии. «Эти критерии являются альтернативными, а не кумулятивными: Для того чтобы статья 6 применялась, достаточно чтобы рассматриваемое нарушение было с точки зрения Конвенции "уголовным" по своей природе или подвергало заинтересованное лицо риску понести наказание, которое по своему характеру и сте­пени тяжести могло быть приравнено к "уголовному". Это не пре­пятствует применению кумулятивного подхода, если отдельный анализ каждого критерия не позволяет прийти к точному выводу относительно существования "уголовного обвинения"» (Lauko, 57; тот же принцип, Kadubec, 51).

316. Понятие обвинения. Альтернативные критерии: ква­лификация по внутреннему праву. «Важно сначала выяснить, от­носится ли закон, определяющий правонарушение, о котором идет речь, к области уголовного права по правовой системе Государства-ответчика» (Ozturk, 50).

317. Понятие обвинения. Альтернативные критерии: ква­лификация по внутреннему праву. «Сначала нужно выяснить, от­носятся ли, согласно правовой системе Государства-ответчика, нор­мы, определяющие спорное правонарушение, к области уголовного права, дисциплинарного права или к ним обеим» (Demicoli, 32).

318. Понятие обвинения. Альтернативные критерии: ква­лификация по внутреннему праву. «Это, однако, не более чем от­правная точка. Полученные таким образом данные имеют только формальную и относительную ценность и должны быть изучены в свете общего знаменателя, выводимого из законодательств различ­ных Государств-участников» (Engel et al., 82; см. также Weber, 31).

319. Уголовное обвинение. Квалификация по внутреннему праву. «Одно лишь обстоятельство того, что мера предусмотрена уголовным законом Государства, о котором идет речь, не означает, что она подпадает под действие статьи 6 Конвенции. Эта статья применяется, только когда "уголовное обвинение" предъявлено оп­ределенному лицу, т. е. после того, как это лицо получило "офици­альное уведомление лица компетентным органом государственной власти о наличии предположения о том, что этим лицом совершено уголовно наказуемое правонарушение", или после того, как к нему были применены "меры, подразумевающие такое обвинение и вле­кущие 'важные последствия для положения' подозреваемого". Нет, в принципе, оснований для применения процессуальных гарантий, предусмотренных в статье 6, к различным предварительным мерам, которые могут быть приняты в рамках уголовного расследования до предъявления "уголовного обвинения", таким как задержание или допрос подозреваемого; тем не менее, подобные меры могут регули­роваться другими нормами Конвенции, особенно ее статьями 3 и 5» (Escoubet, 34).

320. Понятие обвинения. Альтернативные критерии: при­рода правонарушения. «Сам характер правонарушения является гораздо более важным фактором» (Engel et al., 82; Ozturk, 52; Demicoli, 34; тот же принцип, Weber, 32).

321. Понятие обвинения. Альтернативные критерии: при­рода правонарушения и санкции. «Затем нужно исследовать, при­нимая во внимание объект и цель статьи 6, обычное значение ее по­нятий и право Договаривающихся Государств, природу право­нарушения, а также характер и степень суровости санкции, которой может подвергнуться заинтересованное лицо» (Ozturk, 50).

322. Понятие обвинения. Альтернативные критерии: при­рода санкции. Этот критерий состоит в «степени суровости нака­зания, которому обвиняемый рискует подвергнуться» (Engel et al., 82; см. также Demicoli, 34).

323. Понятие обвинения. Альтернативные критерии: при­рода санкции. «Несмотря на не уголовный характер (...) поведения, природа и степень тяжести санкции, налагаемой на заинтересован­ное лицо, могут поднять вопрос в "уголовной" сфере» (Ravnsborg, 35).

324. Понятие обвинения. Альтернативные критерии: при­рода санкции. «В обществе, где действует принцип верховенства права, наказания в виде лишения свободы отнесены к "уголовной сфере", за исключением тех, которые по своему характеру, продол­жительности или способу исполнения не могут считаться нанося­щими ощутимый ущерб. Серьезность того, что поставлено на карту, традиции Государства-участника и значение, придаваемое Конвен­цией уважению физической свободы личности, — все это требует, чтобы именно так и было» (Engel et al., 82).

325. Понятие обвинения. Альтернативные критерии: природа санкции. «Согласно обычному значению понятий, по общему правилу, относятся к области уголовного права правонарушения, авторы которых подвергаются наказаниям, предназначенным, в осо­бенности, для оказания устрашающего эффекта, и которые обычно заключаются в мерах по лишению свободы и в штрафах» (Ozturk,153).

^ 326. Уголовное обвинение: природа правонарушения. Денеж­ные санкции, применяемые к участнику судебного разбирательства за посягательство на надлежащий порядок судопроизводства. «Правовые нормы, уполномочивающие суд наказывать за неподо­бающее поведение в суде, являются обычным делом в большинстве Договаривающихся Государств. Подобные нормы и санкции следу­ют из полномочия, присущего любому суду, обеспечивать правиль­ный и дисциплинированный ход судебного разбирательства. Меры, предписываемые в этом случае судами, приближаются больше к осуществлению дисциплинарных прерогатив, чем к наложению на­казаний исходя из признаков преступлений» (Putz, 33).

327. Уголовное обвинение. Природа и суровость наказания. «Что касается природы и суровости меры, Суд повторяет, что "со­гласно обычному значению понятий, по общему правилу, относятся к области уголовного права правонарушения, авторы которых под­вергаются наказаниям, предназначенным, в частности, для оказания устрашающего эффекта, и которые обычно заключаются в мерах по лишению свободы и в штрафах", за исключением "тех, которые по своей природе, сроку или условиям исполнения не могут причинить значительного ущерба» (Escoubet, 36).

назад


b. Частные ситуации


328. Обвинение. Альтернативные критерии: природа право­нарушения. Заявления, сделанные устно или письменно в суде лица­ми, присутствующими или участвующими в процессе. «Правовые нормы, уполномочивающие суд наказывать за неуместное поведе­ние, имеющее место перед ним, являются обычным делом в боль­шинстве Договаривающихся Государств. Подобные нормы и санк­ции следуют из полномочия, присущего любому суду, обеспечивать правильный и дисциплинированный ход судебного разбирательства. Меры, предписываемые в этом случае судами, приближаются боль­ше к осуществлению дисциплинарных прерогатив, чем к наложению наказаний исходя из признаков преступлений. Конечно, Государства свободны в отнесении к сфере уголовного права того, что в их пред­ставлении является наиболее тяжким (опасным) примером неподо­бающего поведения» (Ravnsborg, 34).

329. Обвинение: политика депенализации. «Законодатель, ко­торый исключает определенное поведение из категории преступле­ний по внутреннему праву, может руководствоваться одновременно интересами лица (...) и обязательными требованиями надлежащего отправления правосудия, особенно в той мере, в какой он освобож­дает судебные власти от обязанности преследования и наказания за нарушения, многочисленные, но малозначительные, правил дорожного движения. Конвенция не идет наперекор тенденции "декрими­нализации", имеющей место — в совершенно разных формах — в Государствах — членах Совета Европы» (Ozturk, 49).

330. Обвинение: политика депенализации. Процесс по адми­нистративным правонарушениям (нарушениям Правил дорожного движения). «Учитывая большое количество незначительных право­нарушений — в особенности правил дорожного движения, — харак­тер которых не столь опасен, чтобы подвергать нарушителей уго­ловному наказанию, Государства-участники имеют веские основания для введения такой системы, которая разгружает их суды от большинства подобных дел. Преследования и наказания за незна­чительные правонарушения в административном порядке не проти­воречат Конвенции, при условии, что заинтересованные лица могут обжаловать вынесенное против них решение в Суд, где действуют гарантии, предусмотренные статьей 6» (Lutz, 57).

331. Обвинение и дисциплинарные меры. «Дисциплинарные санкции имеют, по общему правилу, цель обеспечения соблюдения членами отдельных групп правил поведения, свойственных этим последним» (Weber, 33).

332. Обвинение: дисциплинарные меры и тайна судебного разбирательства. «На связанных, прежде всего, тайной судебного разбирательства, судей, адвокатов и всех тех, кто оказывается при­частным к функционированию судов, налагаются в подобном слу­чае, независимо от уголовных санкций, дисциплинарные меры, ко­торые объясняются их профессией. "Стороны" только участвуют в процессе в качестве тяжущихся; следовательно, они находятся за пределами дисциплинарной сферы правосудия» (Weber, 33).

333. Обвинение: дисциплинарная мера против военнослу­жащего. «Когда военнослужащий обвиняется в каком-либо дейст­вии или бездействии, противоречащем правовой норме, регулирую­щей деятельность вооруженных сил, Государство в принципе может применить против него дисциплинарное, а не уголовное право» (Engel et al.,82).

334. Обвинение. Повышение ставки налога в случае недобро­совестности со стороны подателя декларации. Учитывая боль­шое количество правонарушений этого вида, «Договаривающееся Государство должно быть свободно в передаче налоговым органам задачи по их преследованию и наказанию за них, даже если повышение ставки, применяемое в качестве наказания, может быть тяже­лым. Подобная система не противоречит статье 6 Конвенции, при условии, что налогоплательщик может обжаловать вынесенное про­тив него решение в Суд, где действуют гарантии, предусмотренные статьей 6» (Bendenoun, 46).

335. Обвинение. Привлечение к налоговой ответственности за обманные действия. Повышение ставки налога: применимость понятия уголовного обвинения. Критерии.

1. Преступные действия подпадают под действие статьи Об­щего Кодекса законов о налогах, который «распространяется на всех граждан-налогоплательщиков, а не на определенную группу, наделенную особым статусом; она им предписывает определенное поведение и снабжает это требование санкцией.

2. Повышение ставки налога не направлено на денежное возме­щение ущерба, а имеет целью, главным образом, наказание с тем, чтобы воспрепятствовать повторности подобных действий.

3. Это повышение основано на общей норме, цель которой явля­ется одновременно превентивной и карательной.

4. В данном случае, это повышение имело значительный размер (...), и отсутствие уплаты повлекло для заявителя лишение свободы, назначаемое в случае неисполнения имущественных санкций, опре­деленных обвинительным приговором.

[Преобладание аспектов, имеющих уголовную окраску.] Ни один из них не был решающим в отдельности; в совокупности они придавали спорному "обвинению" "уголовный характер" в смысле п. 1 статьи 6, для применения которого, следовательно, были осно­вания» (Bendenoun, 46).

^ 336. Уголовное обвинение. Рассмотрение налоговых споров. Апелляционная жалоба заинтересованного лица, отклоненная по причине неисполнения судебных канцелярских сборов, рассматри­ваемых в качестве фискального штрафа. Определение Кассацион­ного суда, оставляющее обжалуемое судебное постановление без изменения, имевшее целью подтверждение фискального штрафа, наложенного на заявителя. Решающий процесс для определения обоснованности «уголовного обвинения», приведшего к наложению спорного штрафа. «В этих условиях, одного факта того, что касса­ционная жалоба заявителя и решение Кассационного суда ограничи­вались предварительным вопросом процессуального порядка, не может быть достаточно для утверждения о неприменимости п. 1 ста­тьи 6» (J.J. с. Pays-Bas, 40).

337. Уголовное обвинение. Налоговые правонарушения. «На­логовый штраф или повышение ставки налога может, при опреде­ленных обстоятельствах, считаться уголовным обвинением в кон­тексте п. 1 статьи 6 Конвенции» (Hozee, 44).

338. Обвинение. Превентивная мера: специальный надзор. «Специальный надзор не может приравниваться к наказанию, так как он имеет целью предотвращение совершения новых преступле­ний; следовательно, процесс, имеющий отношение к такому надзо­ру, не касается "обоснованности" "уголовного обвинения"» (Raimondo, 43).

339. Уголовное обвинение. Штраф, не являющийся уголовным наказанием по внутреннему праву, налагаемый на товарищество за экономическое правонарушение. «Для определения "уголовного", в смысле Конвенции, характера правонарушения, важно сначала вы­яснить, относится ли закон, определяющий последнее, к области уголовного права по правовой системе Государства-ответчика; затем нужно исследовать, принимая во внимание объект и цель статьи 6, обычное значение ее понятий и право Договаривающихся Госу­дарств, природу правонарушения, а также характер и степень тяже­сти санкции, которой может подвергнуться заинтересованное лицо» (Garyfallou AEBE., 32).

^ 340. Уголовное обвинение. Штраф, не являющийся уголовным наказанием по внутреннему праву, налагаемый на товарищество за экономическое правонарушение. Критерии, выведенные судебной практикой. «Эти критерии являются альтернативными, а не кумуля­тивными (...). Это не препятствует применению кумулятивного подхода, если отдельный анализ каждого критерия не позволяет прийти к точному выводу относительно существования "уголовного обвинения"» (Garyfallou AEBE., 33).


3643840244705889.html
3643949667660672.html
3644110452833262.html
3644295020024169.html
3644362251564826.html