РАЗДЕЛ 3 - Ксендзюк Алексей Петрович По ту сторону сновидения. Технология трансформации книга

РАЗДЕЛ 3

^ ЭНЕРГИЯ ВРЕМЕНИ

«Если же будешь загрязнять свое сердце и свой дух, и если пелена заблуждения будет расти день ото дня, то будешь все больше отдаляться от Пути. Надлежит смывать грязь, покрывшую сердце, и открывать сознание корню духа. ... Тогда... достигнешь сокровенного единения с Путем. Пребывание в покое в Пути зовется возвращением к корню. Блюсти свой корень и никогда не отходить от него зовется покоем и устойчивостью. Когда покой и устойчивость возрастают с каждым днем, болезни рассеиваются и жизнь обретает полноту. А когда жизнь обретает полноту, само собою приходит знание непреходящего».

^ Сыма Чэнчжэнъ, «О пребывании в забытьи»

Время намного интереснее, чем, например, пространство. Потому что пространство - это вещь, тогда как время -это представление о вещах, о Вещи. И если бы мне нужно было описать то, что меня интересует, - так это то, что время делает с человеком.

^ Иосиф Бродский

Пытаясь обрести Силу для произвольного действия психического или физиологического рода, мы сталкиваемся с неким порогом, за которым энергия кажется недоступной. Именно этот «барьер доступности» энергии заставляет человека разделять вездесущую энергетическую стихию на «Силу Вселенной» и на «личную» Силу. Для первого внимания это привычная ситуация, которая не нуждается в специальном оправдании.

Разделив мироздание на изолированные фрагменты, первое внимание полагает, что все ограничения человека (в том числе ограничения энергетические) связаны со свойствами организмической формы. Та схема, по которой осуществляется энергообмен между телом субъекта и силовыми полями Бесконечности, выделена и зафиксирована вниманием тоналя, и в результате телесность почти полностью изолируется от источников Силы, находящихся вне узких границ описания мира.

Разумеется, органическая реальность подчиняется специфическим законам метаболизма. Биологическая эволюция, с какой бы пози-


ции восприятия мы ни рассматривали ее, движется по пути структурного усложнения пространств. И в этом смысле можно говорить о некой «объективности» разделения полей и увеличения количества препятствий для энергетического обмена. Чем структура сложнее, тем она дальше от универсального источника Силы. Простейшие организмы в этом смысле имеют достаточно преимуществ — они могут непосредственно утилизировать энергию излучений (как это происходит в процессе фотосинтеза), поглощать неорганические вещества, и только этим поддерживать свою витальную активность. Будучи основанием биосферы, они выходят за ее границу, самим типом своего существования демонстрируя изначальное единство всего Поля бытия. Любопытно, что их чувствительность не дифференцирована — в полном соответствии с характером энергетического метаболизма. Существо столь непритязательное, поглощающее энергию в таком широком диапазоне, не имеет ни сенсорных структур, ни структур управления, упорядочивающих и интегрирующих поступающие сигналы. Отсутствие органов чувств и нервной системы (либо ее аналога) обозначает, по сути, отсутствие тоналя.

Однако, как я уже сказал, организмический процесс есть процесс усложнения. Каждый следующий порядок сложности организма делает его более ограниченным и более слабым. Ибо эволюция происходит не в Мире как таковом, а в определенной, замкнутой на себе области Мира, — в данном случае, в биосфере, где более сложный вид существ зависит от существ более простых. В некоем энергетическом пучке, на пересечении нескольких полос эманации, разворачивается процесс последовательного возведения внутренних границ: внутри образовавшегося поля формируется последовательность новых полей, каждое из которых связано сетью каналов энергообмена со всей совокупностью структур, возникших ранее.

В биологическом смысле человек — безусловно, одно из самых слабых и уязвимых существ. Его физиологическая и биофизическая структура вплавлена в агрегат биосферы и полностью зависит от нее. Подобно всем сложным организмам, мы имеем конституцию, максимально удалившую нас от энергии Бесконечности. Одно это делает нас катастрофически не-свободными. Но биофизическая конституция — только фундамент.

Человеческий тональ — продукт высших психических функций, отразивших всю сложность природных связей между телом и средой, — продолжил процесс усложнения, создавая специфически человеческие поля: социальные, культурные, информационные. Каждое из этих идеальных полей сначала ограничивает реактивность, а затем стереотипизи-рует ее, делает автоматической. Человеческая перцепция и эмоциональность превращаются в навязчивый набор штампов. Таким образом, мы подавляем, а порой даже блокируем активность целого комплекса кана-


лов энергетического обмена, присущих организмам нашего уровня сложности.

Таким образом, ситуация человеческого вида кажется почти безысходной. В ней можно найти даже некий диалектический сарказм: само сознание и стремление к Свободе возникает в психическом мире существа только тогда, когда оно достаточно изолировало себя от универсальной Силы и, следовательно, в значительной степени ограничило свою возможность достичь этой самой Свободы. Более того, дальнейшее становление человека как делателя культуры продолжает ту же парадоксальную тенденцию: чтобы избавиться от одних ограничений, мы создаем другие ограничения — многочисленные и изощренные. Мы пытаемся компенсировать дефицит энергии, изобретая и совершенствуя орудия, а каждое новое орудие, будучи еще одним посредником между человеком и внешним полем, увеличивает расстояние между ними, что ведет к сужению объема естественного психоэнергетического метаболизма.

А ведь мир человеческой культуры (куда включаются и созданные нами формы социального бытия) является, в первую очередь, миром орудий. Человек культуры — это, прежде всего, искусный манипулятор. И первым нашим орудием, определяющим саму принадлежность существа к виду Ьото 8ар1еш, является вовсе не каменный скребок и не заостренная палка, а язык — система знаков, служащих для коммуникации и наведения порядка в воспринимаемом мире. Человеческий язык оказался тем орудием, с помощью которого мы развили свою семантическую способность, то есть умение творить психические факты — значения, оторванные от непосредственных переживаний.

В тот момент, когда человек впервые сотворил значением изобрел знак, его передающий, он овладел психическим орудием колоссальной силы. Это орудие окончательно устранило человека из среды естественного энергетического метаболизма, возведя еще одну границу — незаметную, но радикально изменяющую все. Мир был разорван на изображение и изображаемое, на описание и Реальность. Так родился человеческий тональ, который мгновенно вытеснил нагуаль в сферу неосознаваемого и непостижимого.

Погрузившись в мир тоналя, человек утратил значительный объем восприятия, чувствительности и спонтанности. Он отделил психическое от физического и оказался в сложном положении существа, пребывающего в двух мирах одновременно. Каждое его действие, каждая реакция стали предметами для рефлексии и моделирования. Чтобы постоянно производить эту громоздкую психическую работу, пришлось учиться управлять вниманием.

В до-семантическом мире человеческое внимание естественным образом двигалось вслед за энергетическими потоками Реальности. Теперь, когда возникло описание и его инвентарный список, следующий


собственным семантическим законам, своей грамматике и синтаксису, внимание стало все чаще отвлекаться от Реальности. Возникла насущная необходимость контролировать движение внимания — и внимание приобрело новое качество. Оно стало произвольным.

Произвольное внимание превратило человека в принципиально новый вид живого. На этой способности психики держится весь человеческий универсум — перцептивный мир («пузырь восприятия»), мир нашей психологии, мышления и воображения, мир познания и культуры. На это неоднократно указывали философы и антропологи.

Однако нагуализм подчеркивает иное, «физическое» значение данного психического навыка. А именно — произвольное внимание дало человеку возможность целенаправленно изменять интенсивность и качество своего энергетического метаболизма. Произвольное внимание актуализировало новую, невозможную ранее потенцию — способность человека к Трансформации. Сначала возникла способность, — и лишь затем, спустя тысячелетия развития отвлеченного мышления (также возникшего благодаря произвольности внимания и, в свою очередь, непрерывно усиливающего эту произвольность), как продукт самосознания, родилась идея, концепция Трансформации.

Впервые идея Трансформации появилась в мире человеческого воображения как мифологема метаморфозы. Ее экзистенциальный масштаб долго скрывался среди аллегорий и метафор шаманского дискурса. Образ обращения, пробуждения, инициации — универсальный элемент древнего размышления человека о самом себе. Это размышление зафиксировано в мифах и легендах, с него начались все виды магии, религии и мистики. Если осознание внешнего поля (Мироздания) оформилось в психике древнего человека как та или иная разновидность мани (о чем уже было сказано в начале этой книги), то осознание самого себя практически сразу привело к идее «спящего». Иными словами, человек осознал себя как существо непробужденное, нереализованное, становящееся, но не ставшее. В самых древних описаниях человек реализует себя, пробудившись. До «пробуждения» его жизнь заключается в поисках Силы либо в ожидании ее.

Каждая культура на разных этапах своего формирования по-своему описывает процесс пробуждения. Но даже развитые религии, далеко ушедшие от изначального шаманизма, в том или ином виде сохраняют идею инициации (обращения) и окончательного преображения (Спасения). Поскольку описание мира эволюционировало благодаря рефлексивному мышлению, опирающемуся на произвольное внимание, обогащение представлений о внешнем поле происходило одновременно с усложнением и расширением внутреннего мира самого человека. Древний мыслитель не владел интроспекцией в той степени, чтобы разделить эти процессы, а потому описание внешней Реальности стало


почти сразу развиваться в антропоморфном ключе. Энергии стали атрибутами персон и существ — духов, предков, богов.

И, конечно же, главной Силой в человеческом сознании всегда было творящее начало, ибо акт Творения (как причина причин) содержал для человека все энергии внешнего и внутреннего бытия. Антропоморфная персонализация этого начала породила образ Великой Матери и Великого Отца, которые и стали прототипами богов множества религий. Неудивительно, что в таких системах пробуждение стали описывать как результат обращения к космической Матери (космическому Отцу), как ответ на просьбу, как награду за смиренное служение. Древняя идея Трансформации существует в умах большей части современного человечества именно в этом виде. Это — далекий, искаженный отблеск изначальных откровений произвольного внимания.

Таким образом, тональ поработил нас и одновременно подарил надежду на освобождение. Семантическая способность человека (способность создавать значения, оторванные от непосредственных переживаний) исказила естественный энергообмен, ограничила восприятие, изолировала нас от великого океана Силы, но — произвела на свет инструмент Трансформации, которым не владеет ни один известный нам вид живых существ.

Тем не менее, человеку в его нынешнем состоянии присуще удручающее количество энергетических проблем. На протяжении тысячелетий мы использовали свое внимание только для излучения энергии и для изоляции себя от внешнего поля. Более всего это касается человека, принадлежащего к миру западного тоналя (тоналя технологического типа). Западная технологическая цивилизация почти полностью отвлекла наше произвольное внимание от мира энергетической Реальности. Тональ создал невероятно сложное описание и подробнейший инвентарный список. Эта тональная продукция не только требует постоянного энергетического питания, она превратилась в поле фиктивных отношений между субъектом и средой — сюда обращено наше внимание, здесь мы бессознательно поглощаем энергию и излучаем ее.

Ну, а поскольку всякая фигура в этом поле является проекцией внутренних содержаний и не может служить источником внешней Силы, метаболизм сводится к перемещению энергетических потоков внутри кокона. Если излучение осуществляется беспрепятственно, то поглощение в значительной степени затруднено. Ибо работа первого внимания основана, прежде всего, на двух энергоемких функциях — вытеснении и делании. Первая функция устраняет из поля осознанного восприятия «избыточные» (по отношению к нашему ограниченному описанию) сенсорные потоки, вторая функция состоит в том, чтобы из оставшегося материала собрать перцептивные образы в соответствии с гештальтами, шаблонами и привычными стереотипами.


С точки зрения психоэнергетики роль первой функции исключительно негативна. Она необходима и важна для того, чтобы удержать порядок описания, не дать описанию утонуть в аморфном движении Бесконечности, однако побочным эффектом данной работы внимания становится оскудение энергетического обмена и изоляция значительной массы внешних источников энергии. Вторая функция могла бы играть позитивную роль, поскольку всякое делание является сосредоточением на контакте с организованными структурами, так или иначе отражающими некую совокупность отобранных тоналем внешних эманации. Но здесь возникают два обстоятельства, весьма затрудняющих процесс поглощения Силы.

Во-первых, описание мира, созданное тоналем, основано на бесконечном повторении выученных шаблонов. Всякий раз, когда энергетическая ситуация во внешней Реальности претерпевает изменения (а происходит это почти непрерывно), первое внимание оказывается в ситуации выбора: игнорировать изменение, используя для трансляции Поля уже известный набор перцептивных шаблонов, или модифицировать себя? За исключением тех ситуаций, которые тональ считает угрозой самому выживанию биологического организма, первое внимание склоняется к повторению привычного.

Эта особенность заложена в самой природе тоналя, который в свое время возник как защитник, охраняющий нас от изменений. Всякое изменение автоматически понимается тоналем как угроза. Его основа — ригидность, способ его функционирования — стереотипия. И только в тех исключительных ситуациях, когда тональ чувствует себя «прижатым к стенке», он соглашается измениться и адаптировать некоторые области описания к новым фактам энергетической Реальности. Чтобы это произошло, тональ должен оказаться в состоянии диссонанса между ощущением, восприятием и автоматической моделью. Диссонанс вызывает растерянность — осознание в этот миг испытывает сильную неуверенность в описании, дистанцируется от него и подвергает описание ревизии. Правда, трудность состоит в том, что на протяжении десятков тысяч лет развития тональ искал и находил способы для разрешения подобного рода диссонансов, чем совершенствовал свою способность поддерживать гомеостазис.

Еще несколько веков назад тональ был куда более уязвим. Переживая перцептивные, когнитивные и прочие диссонансы, человек проще выходил из состояния самопогруженности. Это вызывало измененные состояния сознания (ИСС), своей феноменологией регулярно подтверждавшие религиозную доктрину и мистическое мироощущение, свойственное представителям конкретной эпохи. Своеобразное совершенство замкнутого описания, к которому человечество пришло в двадцатом столетии, вынуждает нас прибегать к настойчивым и изощрен-


ным психотехническим приемам (о которых было сказано в 1-й части). Стагнация осознания достигла критического уровня.

Во-вторых, собранные пучки (вещи и явления, зафиксированные в инвентарном списке тоналя) автоматически привязаны к вполне определенному реагированию. Причем собственно биофизический и физиологический компонент в общем массиве человеческой реактивности не так уж велик. Основная часть реакций человеческого существа обусловлена не физикой, а семантикой, то есть — мышлением, социумом и культурой. Более того, даже автоматизмы, изначально относящиеся к сфере безусловных рефлексов, также подверглись определенному искажению со стороны тоналя. В одних случаях они перестают быть автоматизмами под влиянием осознанной произвольности, в других — порождают превращенные, тонально обусловленные реакции.

Человек настолько удалился от своей органической естественности, что способен без особого труда поглощать химические соединения, запах и вкус которых отталкивают любое млекопитающее (алкалоиды, яды, лекарства и т.п.), вдыхать дым и вредные испарения, подавляя активность кашлевого центра. Звукозапись и радио, телевидение, кино, наконец, современные компьютерные технологии научили человека отвлеченно воспринимать пучки перцептивных сигналов аудиального и визуального характера, что повлекло за собой возникновение новой «медиа-реальности», существующей по законам искусственной модели. Это наиболее очевидные изменения реактивности. Если же подойти внимательно ко всей совокупности человеческих реакций, то мы быстро обнаружим, что практически всюду семантика описания влияет на реагирование. Информация постоянно обусловливает как интенсивность, так и качество физиологического реагирования.

Без особого преувеличения можно утверждать, что человек в большей степени живет в мире слов. Очень часто он реагирует не на энергетический факт, не на пучок эманации Реальности, а на информацию — то есть, на то значение, которое он сам приписал реальности. Можно даже сказать, что в этой перестройке реагирования заключается сокровенная сущность человеческой культуры как таковой. Возрастающее влияние и даже доминирование второй сигнальной системы над первой — вот суть социокультурного прогресса.

Это удивительное явление, в основе которого лежит наша «магическая» способность к психоэнергетическому деланию. Способность, которая могла бы исцелить человека и значительно повысить его энергетический тонус. Но мы давно уже обратили ее себе во вред, создавая мир, где значительное число сделанных нами объектов вызывает энергетическое истощение, а количество источников Силы, наоборот, неуклонно сокращается. Если сложившаяся тенденция развития тоналя сохранит-


ся, естественное равновесие энергетического метаболизма не восстановится никогда.

«Личная Сила» покидает социального человека. Она все дальше уходит из сферы осознаваемого и представимого. Схема распределения внимания, обусловленная дисгармоничным описанием мира (или, выражаясь кастанедовским языком, «загрязненностью» нашего тоналя), сосредоточила энергообмен на «черной дыре» описания — на символах и знаках, отнимающих Силу. Говоря метафорически, человек потратил огромное количество энергии на то, чтобы воспитать помощника, а в результате — вырастил алчного и ненасытного зверя. Убить его нельзя, ибо смерть тоналя становится смертью всякого упорядоченного сознания, а усмирить крайне сложно. Чтобы овладеть высоким мастерством усмирения тоналя, нагуалист обращается к безупречности и сталкин-гу. С помощью этой психологической и психотехнической работы мы обретаем возможность восстанавливать и накапливать личную Силу.

Чтобы понять, каким образом это происходит, необходимо осознать, как именно устроен человеческий тональ и каков механизм его действия.

Если оставить в покое историю возникновения и развития описания мира, сосредоточившись исключительно на актуальной ситуации, то можно заметить, что тональ существует, прежде всего, как громоздкая структура мотивирующих фикций. Надо иметь в виду, что человеческий мир создан по законам тоналя, и только с помощью тоналя он поддерживает свое искусственное существование. Здесь почти не осталось природных зависимостей, хоть они и продолжают существовать вне социокультурного поля, будучи его праосновой и изначальным двигателем. Ведь тональ не избавил нас от биологии — мы по-прежнему нуждаемся в пище и безопасности, нами все так же движет инстинкт размножения и желание получать удовольствия. Но какими же окольными и замысловатыми путями идет человек, пытаясь реализовать свои фундаментальные потребности!

Мы возвели целую вселенную знаков и назвали ее цивилизацией. Каждый из знаков указывает на абстрактное значение, которое является квинтэссенцией опыта, состоящего из действий, результатов и отношений. И все это существует исключительно благодаря памяти и воображению, поскольку концентрирует в себе прошлое и предвосхищает будущее. Именно там, в прошлом и будущем, обитают «мотивирующие фикции» — события и эмоции, которые уже случились либо еще не произошли.

Почему я называю эти вещи «фикциями»?

Здесь я именую фикциями явления, процессы и события, которые не являются энергетическими фактами в актуальной ситуации (здесь и сейчас). В различных духовных учениях неоднократно указы-


валось, что человек гораздо больше живет будущим и прошлым, чем настоящим. Но во всех этих случаях речь идет, скорее, о психологической реальности. В современном нагуализме мы акцентируем физич-ность происходящего. Как прошлое, так и будущее — не просто проекции высших психических функций человека во времени, а, в первую очередь, режимы энергетического метаболизма, сосредоточенные на определенных локусах.

Иными словами, если мы думаем о будущем, мы создаем канал энергетического обмена между субъектом и неким силовым полем, пребывающим сейчас относительно субъекта в будущем, — если следовать традиционной временной шкале. Обратное происходит, когда мы сосредоточенно думаем о прошлом: здесь мы оформляем энергообмен с силовым полем (локусом), «оставшимся позади», то есть пребывающим в прошлом относительно субъекта по той же временной шкале. И в будущем, и в прошлом расположены некоторые источники энергии. Мы можем черпать Силу из темпоральных локусов так же, как из локусов пространственных — и нередко так поступаем.

Но для актуальной, протекающей ситуации психоэнергетического метаболизма субъекта и внешнего поля любые темпоральные локусы, как «будущие», так и «прошлые», безусловно, являются фикцией. Они не обладают реальностью для настоящего. Они только станут источниками энергии либо уже были ими. Крайне важно определить не только пространственный универсум, но и универсум времени, в котором существует энергетический субъект. Именно в этом поле находятся источники энергии, протекают значимые процессы, происходят события, возникают явления, реализуются факты и их структуры.

Но всякое обращение к прошлому или к будущему требует переживания сейчас, что и приводит к их перепросмотру в том или ином виде. От интенсивности и плотности переживания настоящего зависит, каким именно способом настоящее превращается в прошлое, а будущее — в настоящее.

Обычно тональ нормализует флуктуации больших эманации, как всегда, преследуя одну цель — гомеостазис, сохранность описания мира. С точки зрения целостного универсума, настоящее, прошлое и будущее существуют одновременно. Процесс переживания временных периодов возможен только благодаря осознанию человека и той конструкции темпоральных координат, которую сотворил человеческий тональ.

Таким образом, осознание и инструментарий тоналя, которым осознание пользуется, осуществляют порядок восприятия, реагирования и переживания в отношении темпорального поля. Мы исходим из фундаментальной нагуалистской посылки: восприятие является режимом энергетического обмена между субъектом и окружающей средой. Соответственно, реагирование и переживание может быть только


.

ответным энергетическим импульсом на соответствующий режим энергетического метаболизма.

О какой же Реальности мы говорим? О реальности энергетических потоков, реальности каналов поглощения и излучения, расположенных в теле; реальности дополнительных энергозатрат на реагирование и переживание впечатлений, полученных от внешних энергетических импульсов. Практически вся энергетическая Вселенная (то есть Вселенная больших эманации), задействованная в энергообмене с актуальным субъектом, использует относительно небольшой участок темпоральной оси. Этот участок мы воспринимаем как настоящее.

Эманации прошлого и будущего постоянно участвуют в том описании мира, которое создает актуальный тональ современного человека.

Нужно помнить, что тональное описание мира не может существовать без перцептивного опыта, накопленного человеческим видом. Более того, всякие инновации могут встраиваться в описание мира исключительно с учетом прошлых, проверенных моделей. Любой принципиально новый опыт возникает в психике только благодаря многократно повторенным паттернам прошлого опыта индивида и опыта его бесчисленных предков.

Таким образом, новый сенсорный опыт, непрерывно предъявляемый человеку Миром, по сути, является не более чем искусно переработанным прошлым данного индивида.

Крайне важно осознавать, что протекающая перед наблюдателем жизнь содержит в себе весьма незначительную толику новизны. Основная масса сенсорного потока обрабатывается тоналем так, чтобы всякая совокупность новой сенсорики была представлена в сознании как бесконечная череда повторений того, что мы уже испытали. Будущее тоналя — не более чем отражение прошлого. Зафиксированные в опыте сочетания сенсорных импульсов в основе своей неизменны. Они претерпевают поверхностные метаморфозы под влиянием тех или иных чувственных факторов. При мощном аффекте, дистрессе, при любом сильном потрясении, тональ может на время стать пассивным и позволить интерпретационным механизмам восприятия использовать поступающий материал не стереотипно, а творчески, в результате чего перцептивная картина видоизменяется радикально.

Более всего это касается макроструктур восприятия — моделей, но и структуры среднего уровня (шаблоны) могут претерпевать существенные изменения — цвета, перспективы, макро- или микроскопия, слуховая реверберация, превращение фона в шумовой сигнал, утрата осязания в каких-то участках тела, частичные изменения самой схемы тела и т.п.

Однако наиболее интенсивные метаморфозы в случаях изменения режима восприятия происходят с самыми малыми перцептивными


структурами. Это изначальные, наиболее древние паттерны, с помощью которых мы воспринимаем мир упорядоченным образом. Дело в том, что паттерны не обслуживают описание мира как таковое. Их работа хоть и важна, но куда скромнее по масштабам. Паттерны конструируют фундаментальные элементы, из которых впоследствии возникают элементы описания мира.

В отличие от «перцептивных атомов» (точек, прямых линий, спиралей, окружностей и др.), микрочастицы восприятия легко меняются или перестраиваются. Широко известны оптические иллюзии, вызванные метаморфозами вышеуказанных паттернов. Нередко такие иллюзии связаны с влиянием фона на фигуру — когда разнотипные паттерны оказываются рядом.

Большие эманации Времени не передают пространственный порядок. Они пронизывают всю реальность и не образуют структур, и в этом заключается их особенность. Поскольку каждый объект воспринимаемой Вселенной обязательно принимает участие в темпоральном потоке, имеет собственное прошлое, настоящее и будущее, можно утверждать, что в определенном смысле любой объект Вселенной является источником эманации Времени. Пока мы рассматриваем неодушевленные предметы, для нас не имеет значения, «где» у данного предмета прошлое или будущее. Но в нашем случае речь идет о сознающем и наделенном тоналем существе. Такой вид существа обладает упорядоченным восприятием, и его перцептивный мир требует специального исследования.

Как я уже говорил, в реальности все формы времени, будучи формами энергии, сосуществуют в единой целостности. Что же касается тонального мира человека, для него прошлое и будущее являются фикциями.

Мы существуем во времени как точечные существа. Момент переживания перехода будущего в прошлое является нашей жизнью. На этом моменте сосредоточено осознание. Здесь осуществляется большая часть высших психических функций, работает основная масса перцептивных паттернов и шаблонов, наконец, именно в этой точке мы позиционируем произвольное внимание и ту область ясного мышления, которую привыкли называть сознанием.

Иногда человек воображает будущее и прошлое в том или ином месте. В соответствии с концепцией энергетического тела, которой я придерживаюсь, тональная проекция прошлого расположена впереди, перед лицом и туловищем, а проекция будущего соответственно — сзади, за спиной и затылком.

Мы локализуем основную массу воспринимаемого перед собой, но строим его, опираясь на данные прошлого опыта. Мы можем создавать имагинацию будущего впереди, но, поскольку оно неведомо, бессознательно обращаемся к наиболее аморфному и трудно интерпретируемому


сенсорному опыту. Ощущения, составляющие этот опыт, проецируются в область, находящуюся за спиной.

Всякий раз, когда мы обращаемся мысленно к будущему или пытаемся предугадать его, основная сила чувствительности энергетического тела человека концентрируется не на фронтальной пластине, как следовало бы ожидать, а в области спины и затылка. Это интересное наблюдение подтверждают даже психоэнергетические упражнения различных мистических и оккультных школ, призванные развить у адепта способность к предвидению будущего.

В индийской йоге главная чакра, отвечающая за предвидение (аджня), проецирует себя в точку межбровья. Но при концентрации произвольного внимания на межбровье луч внимания стремится не столько вперед, сколько назад, в область затылка, и фокусируется на его основании, пересекая центр головного мозга. Если во время выполнения психоэнергетического упражнения, нацеленного на развитие «третьего глаза», не возникает луч внимания, обращенный в сторону основания затылка, экспериментатор вряд ли обретет опыт ясновидения, который интересует искателей паранормальных способностей.

Вспомним, что точка сборки, в которой сходятся все эманации, расположена за задней пластине кокона. Здесь находится перцептивная матрица, здесь встречаются эманации будущего и прошлого.

Субъект существует в силовом поле, где эманации бытия как бы «текут» из прошлого в будущее, от фронтальной пластины к задней пластине энергетического тела. В этом смысле любой человек является своеобразным конденсатором. Даже когда он не прибегает к иным источникам энергии, он пользуется разницей потенциалов между полями, отражающими «локус будущего», и полями, отражающими «локус прошлого». Энергетический ток, возникающий между темпоральными полюсами, созданными его точкой сборки, напоминает знаменитую силу ци или результат взаимодействия противоположных стихий мироздания — инь и ян. Если в даосском мировоззрении инь и ян манифестируют стихии, не имеющие никакого отношения к времени, то здесь само существование темпоральной оси во Вселенной возможно только благодаря взаимодействию полярных источников экзистенциальной энергии — энергии развития и возрастания и энергии убывания и ослабления.

Энергетическое тело человека не просто существует в данном континууме. Оно питается темпоральным течением универсума, именно для этой цели формирует и развивает специфическую сеть каналов энергообмена. Лишившись этого главного источника энергии, обеспечивающего саму возможность отдельного существования, тело постепенно слабеет и, в конечном итоге, погибает.

Энергетическая конституция человека подразумевает два основных региона, относящихся к поглощению и излучению того типа боль-


ших эманации, который мы воспринимаем как поток «человеческого времени». Здесь тоже нужно учесть и психологическую, и энергетическую локализацию субъекта во временном потоке. И если нам на интуитивном уровне относительно ясна ситуация с психологической локализацией, которая представляет собой, так сказать, «личную идею», некоторую перцептивную фикцию, — то энергетическая реальность темпорального потока, в котором мы существуем, обычно не имеет ничего общего с идеями личного тоналя о том, как «расположена» ось Времени по отношению к телу.

Большие эманации, которые несут будущее, сфокусированы на промежности и нижней части живота. Дополнительными поглотителями подобных эманации являются регионы почек и надпочечников, частично печени и селезенки. Большие эманации, несущие прошлое, сфокусированы на затылке, задней стороне шеи и плечевом поясе.

Когда практик ищет дополнительные источники личной энергии, он обращается к темпоральной энергии больших эманации. Надо учитывать, что энергия будущего приносит не только позитивные плоды. Помимо естественной интенсивности метаболизма, роста тканей и развития органов, она способна провоцировать некоторые новообразования, изменять биохимию как организма в целом, так и головного мозга, ускоряя реактивность. Не всегда это идет на пользу.

С другой стороны, энергия прошлого может замедлять метаболизм и неуклонно истощать энергетическое тело, что делает его слабым и ускоряет старение. У этого явления, как ни странно, есть и положительный эффект: снижается скорость размножения микроорганизмов и вирусов, замедляются патологические процессы — перерождение тканей и рост новообразований.

Мы думаем, будто энергия будущего омолаживает организм, а энергия прошлого — старит. Но это далеко не всегда так. Безусловно, энергия будущего стимулирует целый ряд метаболических процессов. Точно так же энергия прошлого в ряде случаев замедляет и даже приостанавливает их. Но организмическая целостность человека не всегда реагирует однозначно позитивно или негативно на возрастание, а равно на снижение интенсивности тех или иных процессов.

Ибо человеческое тело — это очень сложная органическая система, включенная в энергетическое поле мироздания. И в этом мироздании для человека не существует только положительных или только отрицательных потоков Силы. Все пребывает в состоянии непрерывного взаимодействия, и эффективность человеческого существа зависит только от качества этого взаимодействия.

Такие интегральные процессы организма, как старение и омоложение, никогда не обусловлены энергией одного типа. Здесь приходится говорить не о ткани, клетке или органе, а об организмической кон-


струкции, куда входит ряд взаимодействующих систем, организованных различным образом. Только согласованное взаимодействие всей системы может привести к ускоренному старению или омоложению организма.

Наблюдая за работой различных органов, мы обнаруживаем, что оптимальное их функционирование возможно лишь при гармоничном сочетании противоположных типов энергии. В данном случае — энергии будущего и энергии прошлого. Это типичное состояние метаболизма для всего живого: прошлое — будущее; поглощение — излучение; возбуждение — расслабление; рост (развитие) —угасание (увядание).

Взаимодействие противоположных энергетических импульсов обеспечивает то, что мы привыкли называть «здоровьем физического тела». Всякое вторжение в это равновесие чревато определенным риском. Так что, практик должен быть осторожен, манипулируя энергетическими потоками.

Использование энергии будущего эффективно, когда практик заинтересован в ускорении собственного метаболизма, повышении общего тонуса, в повышении качества восприятия и определенном ускорении мыслительных процессов. Основным побочным эффектом поглощения этого типа энергии являются амбивалентные изменения в эмоциональной сфере: раздражительность, гиперчувствительность, резкая активация чувства собственной важности. Поскольку энергетические эманации пульсируют, субъект, настроенный на поглощение энергии будущего, в моменты спада может переживать эпизоды некоторой подавленности.

Когда пассивизированный психотехниками тональ в состоянии видения локализует эманацию, — он вводит нас в заблуждение. Ибо ни одна эманация, ни одно энергетическое поле не имеет пространственно-временных координат. Это — разновидность делания. Психоэнергетическое воздействие этого делания становится для нас реальностью, и мы испытываем всего его последствия — как желательные, так и нежелательные.

Мы говорим об особом состоянии расширенного и усиленного восприятия, когда Время, так сказать, проецирует себя в пространство. На стенках «пузыря восприятия» практик видит не только иллюзорную конструкцию, собранную из элементов его личного опыта и массивных фрагментов описания мира, принадлежащих этносу или всему человеческому роду. Он видит и своего рода расовую память, а также предвидимое и предвосхищаемое — эманации, которые только станут энергетическими фактами настоящего или были ими когда-то.

Эманации прошлого и будущего, как и любые энергетические потоки Реальности, могут быть источниками энергии, в данном случае — источниками личной силы. В нормальном состоянии восприятия человек не вступает в энергообмен с этими потоками силы, но принимает от них слабые и сверхслабые сигналы. Прошлое и будущее для обычно-


го человека, как правило, находятся в тени, далеко на периферии его чувственного поля.

Прежде всего, следует описать те области энергетического тела, где сосредоточен энергообмен с темпоральным потоком. От состояния этих областей зависит, в какой степени субъект способен утилизировать энергию Времени.

Эманации будущего чаще всего преодолевают защитный экран энергетического тела через канал промежности и нижнюю часть живота. Здесь они встречают большое сопротивление — в первую очередь, со стороны плотного поля, окружающего «стержень» человеческого кокона.

Сама структура центрального стержня в первую очередь защищает наше энергетическое тело от разрушения. Этот мощный энергообменный канал обеспечивает постоянное функционирование практически всех элементов кокона. Непрерывно пропуская через себя восходящие токи планетарного поля и нисходящие токи больших эманации Вселенной, стержень создает сложную полевую структуру:

  1. своим функционированием он создает необходимую и достаточно высокую плотность полей малых эманации энергетического тела;

  2. он генерирует защитную оболочку кокона, которая обретает структуру и становится фронтальной и задней пластинами ЭТ;

  3. он обеспечивает слоистую полевую структуру, которая отражает разные уровни энергетического метаболизма внутри кокона.

Внутри этой слоистой структуры самым плотным участком является поле, непосредственно окружающее стержень. В его функции входят: защита от больших эманации, способных разрушить данную структуру, и усвоение тех энергетических импульсов, которые помогают сохранить гомеостазис энергетического тела.

Когда потоки эманации, несущие энергию будущего, проникают сквозь поверхностные слои кокона, они движутся в сторону стержня и сталкиваются с защитным полем высокой плотности. Та область ЭТ, о которой я говорю, имеет в высшей степени непростую структуру. Здесь расположена сеть каналов энергообмена. Их главная функция — поглощать энергию планетарного поля и эманации, исходящие из структур, включенных в поле планеты.

Таким образом, нижняя часть кокона более всего связана с полем Земли, со средой, обеспечивающей выживание формы. Неудивительно, что именно здесь наше тело сосредоточено на поглощении и переработке эманации будущего, от которых и зависит состояние среды человеческого выживания. Здесь же находится другая, не менее сложная сеть каналов, обеспечивающая работу «полей-накопителей» — тех структур силового поля, окружающего стержень кокона, что сохраняют энергию субъекта и могут до известных пределов накапливать ее. Если говорить


о проекции полей-накопителей на физическое тело человека, более всего это — районы поясницы и надпочечников.

Поглощение основной массы планетарного поля происходит через канал промежности и частично через пах. К эманациям мест и предметов силы более чувствительны нижняя часть брюшной полости и район пупка. Таким образом, передняя сторона ЭТ состоит из двух типов сетей энергетических каналов, а задняя сторона является своеобразным хранилищем, где находится неприкасаемый запас поглощенной силы.

По мере усиления осознания практик обретает способность чувствовать процесс поглощения эманации будущего и распределения их энергии внутри кокона. На высших этапах интенсивности осознания практик может обнаружить токи поглощенных эманации, восходящие до самого позвоночника и там сливающиеся с периферийными токами в стержневом энергообменном канале. Таким образом, эманации будущего подпитывают личную силу, что переживается, прежде всего, телесно (от солнечного сплетения и ниже) и психофизически (усиление и улучшение качества работы намерения, воли, мышления, ощущения и восприятия).

Личная сила, обретенная с помощью эманации будущего, имеет ряд определенных свойств, важных в повседневной практике. Прежде и более всего, это свойство возбуждать и усиливать личное намерение.

При этом намерение не имеет ничего общего с хорошо известной психологам мотивацией. Подобно воле и осознанию, намерение остается поистине загадочным явлением. Намерение отличается от мотива тем, что человек не может назвать его побуждающую силу. Намерение так же не имеет причины, как не имеет причины движение атомов и молекул. Это — часть нашего существа, неразрывно связанная с осознанием, потому что при помощи осознания мы узнаем о его существовании. То намерение, о котором говорю я, — намерение трансформации — является естественным и питается исключительно личной силой ЭТ.

Человек совершает множество волевых актов. Но большинство из них не имеет никакого отношения к естественному намерению. Их осуществляет аппарат, приводимый в движение исключительно тоналем. Между естественным намерением человека и волевыми актами, постоянно совершаемыми под давлением описания мира, часто нет ничего общего.

Если говорить об усилении намерения, то самым очевидным его признаком будет необычная чувствительность, обращенная как на пространство, так и на время. Если природное любопытство примата и развитый ориентировочный рефлекс непрерывно поддерживают осведомленность внимания относительно окружающего пространства, то сотворение развитого мира тоналя сделало более слабым внимание, направленное


на темпоральную ось. Одним из важных критериев усиления намерения является пробуждение этого ослабленного типа внимания.

Человек, осознающий собственное намерение, ощущает свое движение по временной оси. Это ощущение может быть настолько ярким, что освоение пространства временно отступает на второй план. Вспоминать прежде недоступное его осознанию прошлое и прозревать никому не ведомое будущее — это увлекательное занятие.


3651028869581664.html
3651106760166734.html
3651329880400936.html
3651478032542479.html
3651559292046709.html